Олег Карпов
«ДАНИИЛ КВЯТ.
ПУТЬ В ФОРМУЛУ-1»


ОТРЫВОК ИЗ ГЛАВЫ 5
«МОНЦА»

Половина сезона была позади. К началу второй Даниил Квят подошел, имея в активе три финиша в десятке, еще три за ее пределами, два схода и восьмое место в качестве лучшего результата.

Антонио Феррари:
«Честно говоря, мне всегда доставляло особенное удовольствие вести дела с Даниилом. Я называл его „бизнесменом". Помню, как приехал на картинговую гонку, чтобы встретиться с потенциальными кандидатами, которых мне называл брат. Когда мы встречались с Карлосом, рядом были отец, менеджер, целая команда — у них отлаженная структура, которая отлично работает. С Даниилом все было по-другому. Когда мы познакомились, он первым делом сказал: „Антонио, давай пройдем в гостевую зону", — мы сели за стол, и он вел переговоры со мной один на один. Я никогда не забуду, как мы делали дополнительный контракт для азиатских гонок. Он обговаривал все детали — вплоть до количества комплектов резины. Это импонировало. Я видел его усилия, как он старается. У него непростой характер. Сильный, но он очень упрям. Даниил всегда встречал Марко лицом к лицу, разговаривал с ним напрямую. У Карлоса все было немного иначе. Я думаю, мы с Даниилом уважали друг друга, но с него я всегда старался требовать больше, даже если сам внутри был им очень доволен — об этом я ему никогда не говорил, потому что хотел, чтобы он выкладывался еще сильнее.

Хельмут научил меня многому — прежде всего, тому, что во главу угла надо ставить результат. Даниил был невероятно талантлив, но он не раскрывал этот талант в полной мере. Это потом он стал настоящим профессионалом. Моему Даниилу было 15 лет, он допускал ошибки, и я просто хотел, чтобы он свел их количество к минимуму. Я хотел сделать идеального пилота, и порой мои методы могли причинять ему боль. Но в гонках часто приходится переживать сложные времена. К нему отлично относились в команде. У него были великолепные отношения с механиками. Он все свободное время проводил в гараже, помогал им чистить машину, когда вылетал с трассы или допускал ошибки. Если вы спросите моих механиков, кто их любимый пилот за все прошедшие годы, они скажут: Даниил.

Но я всегда давил на него, заставлял выкладываться еще больше. Он был словно прыгун с шестом, который уверенно и с огромным запасом брал планку в 5.90, но пугался, когда она была установлена выше. Для меня всегда было очевидно, что предел Даниила — шесть метров. Но чтобы он прыгнул, его приходилось заставлять, давить на него».

«В Антонио мне нравилось то, что он относился к работе с гонщиками со страстью, — говорит Квят. — В его глазах виден огонь, и это очень важно. Если что-то шло не так, он всегда об этом говорил. Иногда жестко, порой даже слишком жестко, но в тот год я действительно многому научился. Ему и правда было не все равно. Было видно, что когда дела шли плохо, когда я допускал ошибки, ему было неприятно — он вроде бы и знает, что надо сделать, но не может сделать этого за меня.

Ему пришлось потратить достаточно много времени, чтобы какие-то вещи до меня донести, но в итоге именно тогда я понял, как нужно правильно справляться с прессингом, как показывать лучшее, на что я способен, и в квалификации, и в гонке. Я научился спокойствию — конечно, еще не идеальному, — но вторая половина того сезона прошла хорошо».

Впервые дотянуться до Сайнса Даниил смог в Хоккенхайме. В Германию наконец приехал Энрико Токкачело, а Никола Сготто постарался внести изменения в настройки машины, чтобы та больше подходила под стиль пилотирования Квята. В итоге в квалификации он показал время, которое позволило ему стартовать с первого ряда в одной из гонок.

«Никола очень сильно помог, — вспоминает Даниил. — Перед началом уик-энда он подошел ко мне и сказал: „Я кое-что сделал с машиной — думаю, тебе должно подойти", — и на самом деле с первого же круга я почувствовал в ней уверенность. Возможно, мне именно этого и не хватало изначально, потому что времена на круге сразу были очень быстрыми. Я показал второй и четвертый результаты в квалификации, впервые в сезоне опередив Карлоса, что было очень важно, потому что до этого он постоянно оказывался выше. С этого самого момента мы всегда были близки. Это был какой-то переломный момент. Не знаю почему, но когда давление оказалось выше всего, мне стало проще. Было не то чтобы чувство смирения, но просто понимание, что отступать уже некуда».

В одной из гонок Даниил был близок к тому, чтобы финишировать третьим, но на самом последнем круге пропустил атаку соперника в шпильке. Тем не менее Сайнс в обоих заездах остался далеко позади.

Не отставал от напарника Квят и в Венгрии, но в одной из гонок сошел после столкновения с Хавьером Таранконом. Спустя месяц в Бельгии, после традиционного для Формулы 1 августовского перерыва, Сайнс дважды сошел с дистанции после столкновений с соперниками на первых кругах, а Квят финишировал сначала шестым, а потом пятым в традиционно непростых для Спа дождевых условиях.

До конца сезона оставался лишь один этап. Даниил подошел к нему, занимая десятое место в протоколе личного зачета и не имея в активе ни одного подиума. Несмотря на прогресс во второй половине чемпионата, угроза исключения из программы оставалась реальной. Квяты всерьез раздумывали над вариантом продолжения карьеры вне системы Red Bull.

«Я помню, как перед Монцей мы еще раз встретились в Риме, — вспоминает Токкачело. — Мы сидели за столом втроем, и Даниил с отцом задавали вопросы: „Что, если нас не оставят в Red Bull? Какие надо рассматривать варианты? Какие категории, команды?" Они, по большому счету, понятия не имели, что делать дальше, с кем связываться, потому что после картинга за них все делала Red Bull».

Последний уик-энд европейского сезона должен был стать определяющим. «Во второй половине чемпионата доверие вроде бы удалось вернуть, — рассказывает Даниил, — но все равно было чувство, что этого недостаточно. В Монце нужен был результат, подиум».

Антонио Феррари:
«Все знают, что „Монца" — особенная трасса. Антикрылья здесь выставляются на минимальные углы атаки для достижения максимальной скорости, и если у вас нет преимущества в мощности, то отыграться можно только за счет торможений. Для успеха здесь нужны две составляющие. Первое — хорошее чувство машины, второе — большие яйца. Поэтому Даниилу всегда было комфортно в Монце. У него все в порядке и с тем, и с другим. Еще когда мы приехали сюда в марте на тесты перед началом сезона, он показал лучшее время. Он был первым, Карлос — вторым.

У Даниила есть инстинкт, потрясающее чувство машины. Это что-то в генах. Самые сложные условия для пилотов — это когда трасса подсыхает после дождя, когда она уже и не мокрая, но еще и не сухая. Я работал с сотней пилотов в течение своей жизни и никогда не встречал гонщика, который бы в таких условиях был лучше Даниила. В Монце — даже когда там сухо — из-за того, что крылья настолько маленькие, вы должны чувствовать трассу через колеса. Уровень сцепления почти такой же, как на полусырой трассе, и именно поэтому он там столь силен.

Еще одна сильная сторона Даниила — торможения. У него фантастические торможения, и в Формуле BMW мы это использовали. Перед тем как мы отправились туда на гонку, я сказал ему: „В Монце мы установим антикрылья на минимально возможный угол атаки, на пределе. Я сделаю твою машину очень быстрой на прямых, но ты обязан тормозить". С этими настройками мы потом отправились в Варано, чтобы он мог подготовиться. Я уверен, что с тех пор он в каждой команде говорил, чтобы его машина настраивалась именно так».

В квалификации Квят показал шестой и пятый результаты, все же немного уступив Сайнсу, а на старте первой гонки не смог избежать столкновения с одним из соперников. Сход.

До конца сезона в Еврокубке Формулы BMW оставалась всего одна гонка. «Я стартовал пятым и удачно проехал первый поворот, сразу же став вторым, — вспоминает Даниил. — Потом мы боролись с Джеком Харви. В концовке я его догонял — не хватило еще каких-то пары кругов, иначе мы могли бы и победить. Но главное — был подиум и вместе с ним чувство огромного облегчения. С меня как будто свалился груз, и сразу же после гонки Антонио сказал мне, что доктор Марко очень доволен, подтвердив, что я остаюсь в программе на следующий год».

К тому моменту в Red Bull уже определились с программой для Сайнса. Карлос должен был двинуться дальше, в Формулу Renault 2.0. Самым логичным шагом в отношении Квята было бы оставить его в той же категории на второй год, но BMW свернула программу, и сезон-2010 стал последним в истории чемпионата Европы в Формуле BMW. Феррари предложил Марко взять Квята с собой в Формулу Abarth, куда переходила Eurointernational, и этот вариант устраивал практически всех, включая «Лукойл». Российская нефтяная компания продолжала спонсировать Даниила совместно с Red Bull, но поддержать его в Формуле Renault не смогла бы из-за эксклюзивного контракта организаторов серии с Total. Да и сам Квят, по мнению многих, к переходу в старшую категорию был еще не готов.

«Если бы BMW продолжила программу, он бы точно остался с нами, а Сайнс отправился бы в 2.0 один, — рассказывает Феррари. — У Карлоса было преимущество, потому что перед началом карьеры в „формулах" он проехал намного больше тестов. Он был лучше готов физически. Даниил же все делал только с нами — так, как требовали от него в Red Bull. Доктор Марко не хотел, чтобы он тестировался на стороне, потом велел ему отказаться от тренера. Даниил следовал указаниям, а самое главное — продемонстрировал по ходу сезона прогресс. Он мог остаться с нами, но BMW закрыла чемпионат, и мы предлагали забрать его в Abarth».

Окончательное решение о будущем Квята было принято спустя две недели в Сингапуре, куда Eurointernational отправилась вместе с Формулой 1, чтобы принять участие в этапе азиатско-тихоокеанского первенства Формулы BMW. Даниил уверенно победил в квалификации, забронировав за собой оба поула, а в первой гонке выиграл напряженную дуэль у Ричарда Брадли, выступавшего под сингапурским флагом.

«Этот Брадли очень хорошо знал трассу, — вспоминает Никола Сготто, — но Даниил и Карлос тоже были быстры. На старте Брадли вырвался вперед, но в концовке Квят атаковал его уже буквально в каждом повороте. За тем, как Брадли закрывался, было очень неприятно наблюдать. Он делал это грязно и в какой-то момент затормозил намного раньше, из-за чего Даниил врезался в него сзади. В итоге у Брадли оказался поврежден выхлоп, а Квят смог пройти его и победить.

После финиша они устроили какой-то цирк. У отца этого гонщика были сильные связи с местными судьями, и в итоге они захотели дисквалифицировать Даниила за то столкновение — якобы он расплющил ему выхлопную трубу, и из-за недостатка мощности Брадли не смог победить. Это было просто вызывающе. Мы оставались на трассе до полуночи, продолжая споры, но в итоге они все равно присудили Брадли победу и велели нам вернуть трофей».

«Никола из Калабрии, он типичный южанин, — рассказывает Даниил. — Он вышел из себя и готов был разорвать всех этих судей. Понятно, что все были очень расстроены, но на самом деле официальный результат в той гонке не имел никакого значения. Главное, я доказал, что могу бороться за победы, что могу выступать на равных с Карлосом и даже опережать его».

В тот же вечер Хельмут Марко пригласил Квята в паддок Формулы 1, чтобы поговорить о следующем сезоне. «Это было сразу после церемонии награждения, я еще был победителем. Да и, в принципе, доктору Марко не был особенно важен результат на бумаге. Он был доволен тем, как я провел гонку, и попросил меня пойти с ним в паддок — в первый раз за сезон. Ощущения были странные. К нам подошел Себастьян Феттель, мы поговорили — для меня все было как будто даже не наяву. Потом доктор Марко сказал, что надо обсудить, что делать в следующем году. Сказал, что есть два варианта: Формула Abarth и Еврокубок Формулы Renault 2.0 — последний считался самым престижным чемпионатом на тот момент, там был самый высокий уровень конкуренции. Туда уходили Карлос и Робин Фрейнс, там должен был выступать Стоффель Вандорн. Я рвался туда.

Марко сказал: „Ты живешь в Италии, тебе будет удобно гоняться в Abarth, но Формула Renault — тоже реальный вариант. Что думаешь?" Конечно, у него наверняка уже было собственное четкое видение, что надо делать дальше, и он в любом случае сделал бы так, как задумал изначально. Но он все равно поинтересовался мнением 16-летнего подростка, что, как мне кажется, здорово.

Я сказал, что мне не важно, насколько будет удобно или комфортно — я хочу соревноваться с самыми сильными и привыкать к высочайшему уровню конкуренции, а потому предпочел бы Формулу Renault 2.0. Он ответил: „Ну и отлично. Я с тобой полностью согласен"».
Понравился отрывок из книги?
Ее уже можно заказать на сайте в разделе «Книга».
Не пропустите новые публикации!
Подпишитесь на дайджест новостей сайта, чтобы не пропустить самое интересное
Нажимая на кнопку «Подписаться», вы даете согласие на обработку персональных данных и акцептуете Пользовательское Соглашение
Орфография и пунктуация автора из оригинала книги сохранены.