Олег Карпов
«ДАНИИЛ КВЯТ.
ПУТЬ В ФОРМУЛУ-1»


ОТРЫВОК ИЗ ГЛАВЫ 1
«СТРАНА КАРТИНГА»

Талант был ни при чем. Даниила выдали глаза. Будущего гонщика в Квяте первым разглядел Павел Барамыков, администратор прокатного картодрома «Картлэнд», куда Даниил и его отец как-то раз в начале 2000-х заехали по пути из школы домой.

«Глаза у пацанов загораются у всех, — вспоминает Барамыков. — Когда они видят машину, когда первый раз „встают" на асфальт. Но у одних сразу потухнут, у кого-то через пару тренировок, а остальные... Их мало, но они от этого так и будут дуреть.

У Данилки было именно так. Худенький, маленький, с двумя этими передними зубами. У него глаза горели всегда. Он не занимался у нас в школе, я с ним занимался сам, в свободное от основной работы время. Слава сам так предложил: давай, говорит, в частном порядке. Папа — это, прежде всего, его друг, и все началось именно с папы. Он как-то просто приехал ко мне и сказал: „Слушай, вчера пришел мой из школы и говорит: „Папа, буду гонщиком". Я сразу к тебе"».

Первые тесты Даниила Квята на спортивном карте состоялись под Зеленоградом, на картодроме в Фирсановке, уже к тому времени основательно разбитом. Барамыков попросил помочь Олега и Павла Гуськовых — детского тренера в школе при «Картлэнде» и его сына, бывшего пилота, который подавал большие надежды, но закончил карьеру из-за травмы.

Их команда «Столица Карт», созданная для сыновей Гуськовым-старшим совместно с Петром Алешиным — отцом чемпиона Формулы Renault 3.5 2010 года и первого россиянина в IndyCar Михаила Алешина, — выступала в чемпионатах Москвы и России. Места для Квята в ней уже не было, но Барамыкову удалось уговорить посмотреть перспективного мальчика в деле.

«Олег всегда брал максимум четырех пилотов, — рассказывает Барамыков. — Для его команды это был максимум. Иначе он просто не мог обеспечивать всем нормальную поддержку. Команда была укомплектована, поэтому пришлось уговаривать. Я ему: „Олег, мальчик — золото". Он все равно ни в какую. Я настаиваю: „Ну давай хоть запустим его на трассу, посмотрим", — а дети после прокатного картинга, когда выезжают на большой картодром, многие через круг уже вылезают. Скорость другая, повороты другие, все иначе. Некоторые просто пугаются. В итоге Олег согласился. „У меня перерыв будет, — говорит, — тогда и запустим".

И вот — перерыв, мы посадили Даниила в карт, он выехал. Проходит пара минут, и с другого конца картодрома бежит Пашка. „Отец берет?" — спрашивает. „Нет", — говорю. „Давай с тобой вдвоем возьмем, поднимем. Это же талант"».

Картинговый сезон к тому моменту был уже в самом разгаре. Барамыков и Гуськов-младший, который впоследствии стал и тренером, и механиком Даниила, разработали программу подготовки к первым соревнованиям. Она включала тренировки на новом картодроме в Икше, а потом — когда погода в России заниматься уже не позволяла — даже выезды за рубеж.

«Я тогда готовил под детскую школу программу, — рассказывает Барамыков. — Мы забирали детей в Шереметьево, прилетали на Кипр, проводили вечернюю тренировку, потом занимались полный день в субботу и еще немного утром в воскресенье. После этого я отвозил их обратно в Москву. У меня все было готово и организовано: трассы, карты, трансферы.

С ним мы приезжали на картодром в девять утра, а уезжали, уже когда садилось солнце. Мы с Пашкой просто падали от усталости, а он все наматывал и наматывал круги. Уговорить было невозможно. „Поехали, — говорим, — домой уже", — а он ни в какую. Тогда окончательно и поняли: да, с этим парнем придется работать по-настоящему.

Уже осенью, когда были в Италии, мы тренировались только на мокрой трассе: там две недели подряд шли дожди, и он снова катался вусмерть — без выходных, без перерывов. Мы даже посмотреть ничего не смогли.

Первую гонку в Сочи он потом выиграл играючи — перед стартом пошел снег с дождем, а Даня к этому очень хорошо был готов. Потому что, пока все остальные по палаткам своим сидели и ковыряли в носах, он ездил по восемь часов в день — почти не вылезая».

На первые соревнования новая команда — тоже «Столица Карт», но созданная уже вокруг Квята — выехала в Сочи. Рождественская гонка в январе 2005 года стала первой для Даниила в карьере.

«Когда мы готовились, скорость уже было видно, но гоночного опыта, конечно, не хватало, — вспоминает сам Даниил. — Мы поехали в Сочи: трасса незнакомая, плюс пошел дождь со снегом. Помню, что волновался сильно, но все равно получилось проехать более или менее гладко. Конечно, там было всего девять человек, но опыта у многих было больше. Помню, Серега Сироткин тоже там в первый раз стартовал. Он вроде бы второй или третий пришел, а я победил — и это ощущение, конечно, сразу понравилось. К нему очень быстро привыкаешь. Любое другое место, кроме первого, затем уже расцениваешь как поражение».

С самого начала Павел Гуськов стал готовить Квята к европейскому картингу. Первыми дорожку в зарубежные чемпионаты протоптали Петр и Михаил Алешины, и Гуськов, хорошо знакомый с их опытом, постарался учесть все ошибки.

«Стиль езды Дане сразу прививался европейский, — рассказывает Гуськов-старший. — Судейство в России и Европе отличалось. Там было четкое понимание, что картинг — это контактный вид спорта. У нас же порой за то, на что в Европе просто закрывали глаза, гонщиков достаточно жестко наказывали. Чего не хватило в свое время Алешину, когда он поехал в юниорских классах, — это и знания трасс, и понимания гоночных ситуаций. Он просто был не готов к такой жесткой борьбе. Поэтому когда Павел согласовывал с Вячеславом программу подготовки Дани, он сразу обозначил, что они начнут готовиться именно к европейскому картингу.

Паша преподавал жесткую езду — такую, с какой нужно выступать в Европе. И в России Даньке за это часто доставалось от судей, потому что он как примерный ученик всегда исполнял те указания, которые ему давались.

Он с самого начала усвоил правило: надо отстаивать свою позицию. Если соперник поступил некрасиво, то надо дать такому человеку каким-то образом понять, что он неправ. Это не значит — убрать с трассы или запороть гонку. Но, скажем, на тренировке можно влезть внутрь на торможении, а когда он начнет закрываться, поворачивать в тебя — просто распустить руль и дать ему проехать по траве».

В конце 2005 года Даниил впервые начал выезжать на соревнования в Италию. Отец и сын постепенно стали понимать, что строить профессиональную карьеру нужно именно в Европе. «Я помню, как мы приехали в первый раз в Парму, — вспоминает Даниил. — Неделю до гонки тестировались, и ни разу не было такого, чтобы на трассе было меньше 30–40 человек. Для меня, на самом деле, особой разницы не было. Понятно, что паддоки разные, но у нас тоже были трассы — в Икше, в Курске. Другое дело, что в России их на тот момент было, по сути, две, а в Италии — 150. Главное — количество участников и уровень. Кого ни встретишь — всегда какая-то история, биография. Мы, наверное, как раз тогда первый раз пересеклись с Карлосом Сайнсом и его сыном. Думали — ничего себе, двукратный чемпион мира. В общем, там ты попадал как будто в какой-то особенный мир: все пилоты в официальных комбинезонах, с нашивками, у каждого по-своему раскрашены шлемы, карты отдраены до блеска, все в идеальном состоянии, палатки стоят огромные».

Квят-старший продолжает: «Что ни механик — то „я с Льюисом работал", то „я с Трулли", „а я с Кубицей". Конечно, это все сразу захватывает.

К тому же сезон там заканчивался только в ноябре, а в декабре нам уже говорили: „Четвертого января можете проехать вот эту гонку". Вот и вся разница. Там зимой ты уже начинаешь гоняться — пусть соревнования маленькие, но все равно ты получаешь опыт. Погода позволяет, трасс полно. Италия как бы сама предлагала: „Ну, ребят, если вы гоняться хотите — вот вам, пожалуйста"».

Квят на протяжении года продолжал параллельно выступать в двух странах, график становился все плотнее, и вопрос о возможном переезде из России появился сам собой. «В определенный момент мы стали больше гоняться в Италии, чем в России, — рассказывает Даниил. — Мотаться было непросто: на самолете в Москву, потом сразу в Курск на этап чемпионата России. На машине, в ночь. Приезжали уже измотанные. В любом случае постепенно становилось понятно, что если этим заниматься серьезно, то надо двигаться дальше. Выиграть чемпионат России — это одно, а чемпионат Италии или Европы — это уже совершенно другое. Надо было сконцентрироваться на чем-то одном. Надо было выбирать».
Понравился отрывок из книги?
Ее уже можно заказать на сайте в разделе «Книга».
Не пропустите новые публикации!
Подпишитесь на дайджест новостей сайта, чтобы не пропустить самое интересное
Нажимая на кнопку «Подписаться», вы даете согласие на обработку персональных данных и акцептуете Пользовательское Соглашение
Орфография и пунктуация автора из оригинала книги сохранены.